ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ
|
||
Франция
|
Мы ехали из Нью-Йорка строго на север. А это означало, что наш путь лежал в Канаду. Было ранее утро выходного дня и благодаря этому шоссе было свободным. Дорога пролегала по штату Нью-Йорк, вдоль правого берега реки Гудзон. Шоссе, как впрочем, и остальные дороги Америки, было великолепным
О
дорогах Соединенных Штатов можно говорить долго. Это особая часть культуры и
экономики страны. История их прокладки восходит к тяжелым временам Великой
депрессии. В те годы, то есть в самом начале тридцатых, новый экономический
курс президента Ф. Рузвельта был направлен на восстановление экономики, в
частности на обеспечение полной занятости безработного населения. Был проведен
уникальный эксперимент, равных которому не было тогда в истории человечества.
Рузвельт предложил занять население строительством дорог, мостов, автомобильных
развязок. За свою работу строители получали каждый день бесплатное горячее
питание и… 1 доллар. Многим миллионам это помогло выжить, а итогом стала
великолепная и до сих пор лучшая в мире сеть автомобильных дорог, покрывшая
своей паутиной всю территорию США. По
одной из таких дорог мы и ехали, обгоняя неспешных туристов и американцев. По
номерам других машин можно было изучать всю географию США. Дело
в том, что каждый штат имеет свои символы: девиз, флаг, песню, птицу, животное, растение. И у каждого штата
есть свое неофициальное, народное название – прозвище (nickname). Они широко употребительны
и входят в номерные знаки автомобилей. Мы ехали на арендованной
машине штата Нью-Йорк и на ее номере красовалась гордая надпись – Empire state (Имперский штат). А, например, автомобили
Нью-Джерси снабжены надписью Garden state
(Штат садов), что полностью соответствует действительности – Нью-Джерси – самый
зеленый штат США. Я
не случайно остановился на этих прозвищах и надписях на номерных знаках. Это
пригодится в дальнейшем повествовании, когда мы попытаемся понять странную
особенность канадской провинции Квебек. *** А
пока за разговорами и рассматриванием великолепной своей красотой природы
северной части США, мы подъехали к границе. Заглянув в маленький дьюти-фри,
выпив стаканчик бесплатного, но зато очень плохого кофе, и прикупив дешевого
алкоголя, мы покинули территорию Соединенных Штатов. Но как
все сразу изменилось! Говорят, что Канада одна из стран с самый высоким
жизненным уровнем. В это утверждение верилось с трудом. Гладкое, как стол,
четырехполосное односторонне шоссе, которое вело нас почти пятьсот километров из Нью-Йорка, превратилось в двухполосное с
залатанным покрытием. Чувствовалось, что серьезный ремонт давно не проводился.
Строения вдоль дороги стали напоминать деревушки средней полосы. Вот уж
воистину - «Чуть похоже на Россию…». Уже не чувствовалось богатство и величие
той страны, которую мы покинули всего несколько минут назад. Я
не первый раз пересекал эту границу и был готов к таким переменам. А вот мои
друзья-попутчики, впервые попавшие в Канаду, были поражены ими точь-в-чочь как
и я когда-то в первый раз. Через
сорок километров нас встретил Монреаль – город-остров, омываемый двумя рукавами
реки Св. Лаврентия или, как шутит мой брат, живущий здесь уже много лет –
Святого Лаврентия Павловича… Город,
в котором сегодня живет более трех миллионов человек, начинал свою историю как
небольшое индейское поселение у подножья невысокой (233 м.) горы Хошелага.
Доподлинно известно, что первым европейцем, вступившем на эти земли в 1535
году, был некто Жак Картье. За ним последовали многие другие. И наконец, спустя
более ста лет, в 1642 году сюда прибыли солдаты и первые переселенцы под предводительством Поля де
Шомеди. В том
же 1642 году гора была переименована в Королевский холм - Монт-Руаяль. От
названия холма и произошло имя города – Монреаль. *** Дальнейший
рассказ о своеобразии провинции Квебек, о происходящем здесь невозможен без
краткого экскурса в далекую историю. Да простит меня читатель, но я должен это
сделать. В XVIII
веке современная территория Северной Америки была поделена между Британской и
Французской коронами. Если вам в свое время доводилось сдавать по двадцать
килограммов макулатуры и получать талоны на дефицитные книги, то вы наверняка
покупали книги Анн и Сержа Голон о прекрасной Анжелике. Один из их исторических
романов «Анжелика в Новом Свете» и рассказывал об этих временах. Но
вернемся к истории. Земли вдоль Великих Озер были в основном заселены выходцами из Англии и
находились, соответственно, под Британской короной. В середине XVIII
века Европа была разодрана на части Семилетней войной - Россия и Франция против
Пруссии и Англии. Европейским
странам с сухопутными границами воевалось легко, а вот Франции против Англии –
тяжело. Их разделял Ламанш. Поэтому англо-французские боевые действия в
основном шли в Северной Америке. Если
снова обратиться к литературе, то описание этой войны можно найти у Фенимора
Купера в его романах «Пионер» и «Следопыт». Европейцы стравливали индейские
племена, а войну прозвали Индейской. У Купера индейцы четко разделяются: так
называемые "благородные" (например, делавары) и "кровожадные"
(например, гуроны). Благородные, естественно, воюют за англичан, кровожадные -
за французов. В канадских исторических преданиях, наоборот, гуроны считаются
верхом благородства и образцом гостеприимства. Боевые
действия протекали в целом благоприятно для России и Франции. Однако в 1762
году наступил перелом, когда после смерти Елизаветы Петровны и воцарении на
престол ее наследника Петра Федоровича, приверженца всего прусского, Россия
заключила сепаратный мир и ушла со всех занятых в ходе войны территорий. Франция
одна не могла справиться с англо-прусской коалицией и в 1763 году заключила
крайне невыгодный для себя мирный договор. По этому договору все французские
владения на территории Канады переходили к Англии. Огромное количество
франкоязычного населения было брошено своей метрополией к ногам Британской
короны. Этого французские канадцы не могли забыть и простить. И память об этом
событии вошла в генетический код многих последующих поколений. *** Вот
теперь, возвращаясь в сегодняшний Квебек, настал момент вспомнить о прозвищах
на номерных знаках. Канада во многом копирует своего южного соседа. И все ее
провинции тоже имеют свои символы, включая народные названия. На номерных
знаках автомобилей провинции Квебек красуется гордая французская надпись: "Je me conviens"
("Я помню"). Это та самая память о событиях восемнадцатого века.
Память о тех позорных действиях Франции, память о своих исторических
французских корнях. Квебекцы
не простили метрополии ее действий. Даже спустя двести сорок лет.
Монреаль
Этот
город часто называют Парижем Северной Америки. Не только потому, что здесь
звучит в основном французская речь. Монреаль на сегодняшний день является
вторым по величине франкоговорящим городом мира после Парижа. В отличие от
других городов Америки это единственный город, построенный по принципам
европейской архитектуры. Конечно, близость США, их стиль и культура не могли не
оказать своего влияния, но кроме традиционного, сравнительно небольшого
даун-тауна, ничто больше не напоминает южного соседа. Здесь сохранилось
множество исторических памятников и зданий старинной европейской архитектуры. Исторический
центр – это паутина узких, выложенных булыжником горбатых улочек. Каменные
здания с портиками, лепниной и колоннадами никак не напоминают современную
Америку. Маленькие домишки с темными от времени стенами, уютно прижавшись друг к другу, сплошь
заполнены сувенирными магазинчиками и лавчонками. Здесь на стенах и на
прилавках аккуратно разложены картины с изображением этих самых улочек. И,
конечно же, везде вы можете купить кленовые листья, символ Канады - в виде картин, пепельниц, чашек, тарелок и
всякого другого атрибута. Среди
многих достопримечательностей Монреаля старейшая церковь Нотр-Дам-де-Бонсекур,
построенная в 1657 г., и знаменитый своим роскошным внутренним убранством собор
Базилика Нотр-Дам (1824 г.), отчасти копирующий собор Парижской Богоматери. Кафедральный
собор Марии Владычицы мира, украшенный портиком с коринфскими колоннами и
статуями святых, расположившимися по всему фасаду собора, совершенно
затмевается бетонной громадиной гостиницы "Куин Элизабет", надменно
поднявшей свои этажи над куполом храма. А ведь собор Марии Владычицы мира,
построенный в 1870 году по образцу собора Святого Петра в Риме, сам имеет
высоту около 30 метров. В
планировке города удачно использованы естественные террасы, ступенями
поднимающиеся от берега реки к вершине холма. На нижней террасе разместились
портовые сооружения и промышленные предприятия, на средней - административные
здания и торговые центры, а верхняя терраса использована под жилую застройку. Однако
с течением времени это разделение на зоны постепенно стирается и современные
здания из стекла и бетона все больше притесняют и затмевают тихую прелесть
старинных церквей Монреаля. Всего
в Монреале их насчитывается более трехсот, огромное количество часовен, имена
святых присвоены городским улицам и площадям, мостам, школам и больницам. И
поэтому сами канадцы часто называют Монреаль городом всех святых. Нельзя
не сказать и об Олимпийском стадионе – месте проведения Олимпийских игр 1976
года. Для своего времени его можно считать вершиной архитектурного и
инженерного искусства. С верхней точки наклонной башни, по параболе которой
ходит лифт, открывается прекрасный вид на город. Но сегодня этот шедевр
семидесятых считается архитектурной ошибкой, портящей Монреаль. Ведутся
постоянные разговоры о его сносе. Времена меняются. Вкусы тоже… Рядом
со стадионом находится Биодом Монреаля, в котором под одной крышей собраны
разнообразнейшие представители флоры и фауны со многих частей света. Здесь
в естественном виде воссозданы четыре действующие экосистемы земли с
растениями, животными и ландшафтами. Переходя из зала в зал, вы попадаете из
северного хвойного леса в тропики. А из прибрежной зоны во льды Антарктики.
Здесь самое сильное впечатление производят живые, в отличие от других
ботанических музеев, животные, живущие в естественных условиях. Пингвины в
своей ледовой стихии, очаровательные обезьяны, висящие на лианах. По социальной структуре населения Монреаль разделен по вертикали: богачи живут вдали от порта на горе Мон-Руайяль. Но разделен город и по горизонтали: более богатые, заселенные преимущественно англоканадцами районы исторически располагались в его западной части, а франкоканадские районы — к востоку от Горы — на так называемом Плато. Фешенебельная в своей центральной и западной части, днем и ночью сверкающая огнями реклам дорогих магазинов (и еше более дорогих мелких лавочек), театров, кино, ресторанов, улица Сент-Катрин пересекает город с запада на восток, и речь уличной толпы постепенно меняется с английской на исключительно французскую. Проехав по узким улочкам верхнего города и насладившись видами реки Св. Лаврентия с верхней точки горы, мы решили закончить нашу короткую экскурсию по Монреалю. Завтра нас ждал автобросок в 200 километров еще севернее. В столицу провинции. Квебек
Этот город дал название всей французской части Канады. В переводе с языка одного из индейских племен оно означает "место, где сужаются воды". Когда иностранцы, приезжающие в город называют его Квебек-сити, местное население мрачнеет и обижается. Слово «квебек» здесь все – и город и провинция и все французское. Сами они различают город от провинции артиклем. Если слово "Quebec" употребляется с артиклем (le Quebec), - то это провинция, если без (a Quebec) – город.Облик столицы, основанной в 1608 году, самобытен и романтичен. Здесь сохранились единственная в Северной Америке городская крепостная стена и целый район средневековой застройки - Латинский квартал. Расположенный на скале, с его крутыми и узкими улочками, Квебек очень сильно напоминает Таллин. А по застройке - Старую Ригу.Город привлекает американских туристов, пожалуй, не меньше, чем Ниагарский водопад: ведь это самый дешевый способ познакомиться с Европой, не пересекая океан! Население исторической части города Квебека сейчас составляет 170 тыс. человек, а со всеми примыкающими и почти слившимися поселками - 700 тыс. чел. На узких улочках, обычно заполненных туристами,располагаются многочисленные магазины, лавочки, рестораны и бары. Точь-в-точь Монреаль - только в уменьшенном виде. Привлекает внимание импозантное здание Национальной ассамблеи, в стиле французского ренессанса, другие правительственные здания. Над городом, как скала нависает огромный отель "Шато-Фронтенак", построенный в 1893 г. в виде гигантского замка. Его мощные фасады и вальмовая крыша видна из любой точки города. Недалеко от него расстилается зеленое поле — равнина Авраама, на которой в 1759 г. произошло решающее сражение между англичанами и французами, окончившееся победой англичан. По знаменательным датам здесь разыгрывается театрализованное представление, повторяющее ход этой битвы. В Квебеке воздвигнуты монументы основателю Канады ("Новой Франции") Самюэлю де Шамплену, многим государственным и религиозным деятелям Новой Франции, другим историческим деятелям Канады и всего мира — от Жанны д’Арк и Симона Боливара до Рузвельта и Черчилля. Это поистине город-памятник и город памятников. Обойдя знаменитую гостиницу, мы спустились на набережную реки Св. Лаврентия. Гуляя по дощатому настилу, подошли к аккуратно выстроившемуся ряду старинных пушек. Каково же было мое удивление, когда на одной из них я обнаружил герб Российской империи. Не современный, а старинный. Оказывается, часть этих пушек была перевезена в Квебек в качестве трофеев после Крымской войны. Причуды истории… Мы
гуляли по этому уникальному городу, поднимаясь в верхний город, опускаясь в
нижний, наслаждаясь давно забытым чувством – прогулкой по старинным европейским
улицам. Если принять во внимание, что мы бывшие рижане, то легко понять наши
чувства. Холодное
течение Лабрадора сильно сказывается на климате всей северной Канады. В Квебеке
очень мало солнечных дней в году. Вот и сегодня нас застиг дождь. Время от
времени начинаясь, усиливаясь и прекращаясь он заставлял нас покидать улочки и
заглядывать в уютные кафешки, или долгое время бродить по магазинам. В
одном из них мне приглянулся сувенир. Я по-английски поинтересовался
ценой. – Двадцать долларов, - ответила
девушка. Я крутил его в руках, рассматривая и решая – брать-не брать. В этот
самый момент к прилавку подошел мой брат и переспросил о цене по-французски. –
Десять, - улыбнулась она ему в ответ. Сработала та самая генетическая память.
Как потом я узнал такие метаморфозы с ценами в Квебеке не редкость. Национализм
и сепаратизм местного населения, их курс на выделение в отдельное государство
играет далеко не благотворно на экономику провинции. С того момента, когда
националистическое правительство Квебека стало с регулярной завидностью ставить
вопрос об отделении от Канады на общенациональные референдумы, большой и
средний бизнес начали вывозить свои капиталы в англоязычную часть страны. Кому
охота терять деньги! А ведь они будут потеряны, если такое отделение случится.
Недаром Квебек – беднейшая часть Канады. Но пока… Пока националисты провинции
не имеет большинства. Правда, процент их сторонников на последних прошедших
референдумах приближаются к критической
отметке. *** Дождь
продолжал накрапывать. Мои туфли, прекрасно подходящие под израильскую погоду,
были весьма удивлены таким явлением природы и не выдержали. Через пятнадцать
минут ноги были мокрые. В таком состоянии прогулка по прекрасным холмам Квебека
больше не могла приносить удовольствие и я, оставив моих спутников, побрел к
машине. По дороге я решил позвонить в Израиль, но тут выяснилось, что батарея
мобильного телефона приказала долго жить. Увидев вывеску какого-то маленького
отеля, я решил зайти и купить телефонную международную карточку. Обратился
к служащему по-английски, который с каменным лицом, выслушал мой рассказ об
умершем мобильнике и срочном звонке.
По-французски ответил что не понимает. Зная уже некоторые причуды
квебекцев, объяснил ему, что я турист из Израиля и, к сожалению, по-французски
не говорю. После чего, клерк улыбнулся,
перешел на прекрасный английский и предложил мне на выбор несколько карточек.
Одна из них стоила 5 канадских долларов, но у меня в кармане оказалось лишь
четыре доллара и восемьдесят центов. Я предложил американскую валюту. Но клерк
был настолько любезен, что не стал брать у меня американские доллары, объяснив,
что лучше я не доплачу двадцать центов, чем заплачу американскими деньгами, -
ведь при этом он будет обязан взять с меня на 25 процентов больше - за обмен
валюты. Милый человек, - подумал я, выходя из отеля. Через пять минут я понял,
что несколько ошибся на его счет. Найдя
ближайший телефон-автомат, я попытался позвонить. Выслушав информацию
барышни-автомата о том, что данная
карточка работает только в провинции Квебек, я понял - о международном
разговоре не может быть и речи. Возвращаться в отель и устраивать скандал не
хотелось, хотя звонок в Израиль был мне крайне необходим. Не
выполнив намеченного, расстроенный я побрел к машине сушить ноги. Через час
явились мои друзья и мы тронулись в обратный путь. Проехав еще раз по городу,
напоминающему нам былое место жительства, мы взяли курс на юг. Впереди был
трехчасовой путь в Монреаль. *** А в
шесть утра, как и положено туристам, мы снова были за рулем. Теперь наш путь
лежал на запад. К Ниагаре. Реклама, указатели и дорожная информация на
французском языке постепенно стала перемежевываться с английским, а вскоре и
вовсе исчезла. Это означало, что мы въехали в провинцию Онтарио. Здесь на
французском не говорят. И мы облегченно вздохнули. Через пятьсот километров
впереди показался самый крупный мегаполис Канады – город Торонто. Еще час – и
мы услышим шум водопада… Но
это уже совсем другая история. 2003 год |
|
 |
||
 |
||
 |
||
 |
||
 |
||
 |
||
 |
||
 |
||